#1 Как я пришла в психотерапию - мой путь

Иногда меня спрашивают: "А почему ты стала психотерапевтом?"

Мне кажется, что всё началось еще в школе.

Тогда я впервые заметила одну странную вещь:

учеба мне давалась легко, как и еще 5-7 одноклассникам, а вторым – нет.

Мне говорили:

"Ну, у тебя-то все всё всегда легко выходит!".

А я смотрела на одноклассников, которые старались не меньше,

а иногда и больше – и все равно ничего не получалось.

Кто-то тянул к ночи домик,

а на уроке все равно "плавал".

Кто-то сдавался, потому что сколько бы ни учил – результата не было.

И вот тогда внутри появилось это:

интерес, вопрос, легкое чувство несправедливости.

Почему так?

Почему одним легко, а другим тяжело?

#2. Почему я не стала психологом с первого раза

В далеком 1998 году пришло время поступать в институт.

Я колебалась между двумя профессиями:

психолог или программист.

Сейчас это кажется странным, но тогда выбор был вполне реальным.

Программирование казалось понятнее:

математика, физика - все четко, по формулам, к этому проще готовится.

А психология?.. Она только набирала популярность.

Факультетов – по пальцам пересчитать.

Конкурс – невысокий,

но как туда готовится – я просто не понимала.

В итоге я… не подготовилась.

И пошла туда, где было проще поступить.

На программиста.

Вот так моя первая попытка стать психологом… не удалась.

Но история, как вы уже догадываетесь, на этом не закончилась 🙂

#3. На третьем курсе я поняла: я не там

К третьему курсу все стало ясно:

это совсем не мое.

Сидеть перед монитором по 8 часов в день.

Одна мысль об этом меня удручала.

Все внутри говорило:

"Ты не здесь должна быть".

Я замечала, что мне хочется общения.

Я – открытая, живая, социальная.

А моя "будущая профессия" предполагала

тишину, код, замкнутость и минимальный контакт с людьми.

И это начало меня пугать.

Словно я закрываю себя в клетке.

тихой, логичной, системной...

но совершенно не моей.

И где-то там, глубоко внутри,

снова напомнила о себе та самая старая мечта.

О психологии.

О людях.

О том, что меня действительно цепляет.

#4. Как я «застряла» в профессии на 20 лет

Когда я поняла, что программирование – не мое,

ничего лучше не придумала, как…

попробовать себя в детском саду.

Я студентка.

Продолжаю учебу, (ее я, кстати, довела до конца и закончила), но решила:

"Когда пробовать, если не сейчас?"

Пришла в детский сад, спросила:

"Кем бы вы меня могли взять?"

На воспитателя – не подошла: техническое образование.

Предложили няней.

И я согласилась.

Без пафоса, без ожиданий.

Просто из интереса. Но я пошла не в обычный сад, а в монтессори- сад.

На тот момент я уже начиталась.

о том, почему одним учёба даётся легко, а другим нет.

И метод Марии Монтессоры меня зацепил.

Там я впервые услышала, что центрированному методу образования (когда учитель в центре и сразу большему количеству детей вещает науку), есть альтернатива от Марии Монтессори.

Нужно создать среду,

и каждый сам выберет, куда идти, и какую информацию поглощать,

в зависимости от своей внутренней потребности.

Это было откровение.

И в какой-то момент я поняла:

я нашла ответ на свой старый школьный вопрос.

Так я погрузилась в этот мир…

и застряла в профессии на 20 лет.

#5. 20 лет в Монтессоре — чему научилась, чем жила

Годы, которые я провела в Монтессори-среде,

по праву считаю золотыми в собственной жизни.

Это был не просто опыт.

это был фундамент моего профессионального становления.

Я за эти годы общалась с сотнями детей и семей

и каждый день — это был живой эксперимент,

исследование, наблюдение, осмысление.

Мой интерес к психологии только усиливался.

Потому что я своими глазами видела:

как раскрывается личность

— от самых первых шагов к школьному возрасту.

Ключевая идея Монтессори-педагогики — это потребности ребенка на каждом этапе:

* от 0 до 3 лет

* от 3 до 6

* от 6 до 9

* от 9 до 12

* и даже до 15

Каждому возрасту соответствует своя среда,

которая помогает раскрыть внутренний потенциал.

И мне повезло наблюдать это вживую.

Постепенно я все больше уходила в работу

с самыми маленькими –детками до 3 лет.

А потом и с теми, кому только исполнился 1 час.

Вела группы, куда приходили молодые родители с малышами,

которые только научились ходить.

Были и такие группы, где дети еще ползали.

Многие боялись работать с этим возрастом — там сложнее, все тоньше, медленнее,

но мне это и было интересно.

Там все — об истоках, о корнях, о базе.

#6. Почему я перешла от детей к взрослым

Педагогика – это удивительная вещь.

Она много даёт, но у нее есть свои приделы.

В Монтессоре-среде я научилась видеть,

как раскрываются образовательные потребности ребенка.

Как важно создать подходящую среду,

где он будет сам тянутся, учится, расти.

Но я все чаще натыкалась на то,

что ребёнок не только учится

он еще и чувствует.

Он приходит в сад из своей семьи,

и приносит с собой опыт взаимодействия с близкими:

маму, папу, бабушку, стиль общения, реакции, тишину, страх, тепло… всё.

И тут я стала заметить,

что у многих детей есть неудовлетворённые эмоциональные потребности.

И это уже не вопрос педагогики.

Это вопрос внутреннего мира взрослого,

который рядом с ребёнком.

Что может дать воспитатель?

Только то, чем он наполнен сам.

Что может дать родитель?

Зависит от того, что у него внутри.

Сможет ли он увидеть ребенка?

Сможет ли принять его природу?

такой, какая она есть?

Я наблюдала малышей,

которые только начали ходить,

и видела, как у них работает чистая, врождённая сила развития.

Та, которую не нужно учить.

Ей просто нужно не мешать.

И я тоже видела,

как рядом стояли родители

которые не всегда могли это принять.

Именно это явилось точкой поворота.

Я все глубже уходила в вопрос:

А что с этими взрослыми?

Что с их чувствами?

С их историей?

С их «внутренним ребёнком»?

Так мой интерес к взрослой психике только крепчал. И я начала думать, что я скорее всего найду в психологии. Подходило время закрывать свой старый гештальт)).

Так начала рождаться во мне психотерапевтка.

#7. Как я стала психологом — и искала «свой» метод в терапии.

Пока я продолжала работать в Монтессоре-садах,

в моей жизни происходили большие перемены.

Я вышла замуж.

У меня родились сын и дочь.

Я стала матерью.

И, как ни странно, моя энергия не исчезла.

а напротив, расширилась.

Это было ресурсное время.

Тонкое, живое.

И именно тогда я поняла:

я хочу больше.

Хочу пойти дальше – в профессию, о которой мечтала когда-то в 98-м.

Да я поступила на психолога

Киевский национальный университет им. Тараса Шевченко.

Училась в своем темпе.

работая, живя, растя детей.

И сегодня я благодарна себе за это.

Это было не о "карьерной гонке",

а о созревании и созидании.

Я получила образование по специальности "Психология",

в формате, который сейчас приравнивается к магистратуре.

Для меня это было как в медицине:

сначала - базовая программа,

а потом – интернатура, где ты выбираешь направление.

И вот тогда, в 2016 году, я подошла к выбору:

А в каком направлении я хочу работать как терапевт?

Выбор стоял меж психоанализом и гештальт-подходом.

Но пока я решалась, продолжала работать педагогом.

и дала себя выдохнуть.

Сделала двухлетнюю паузу.

Восстановилась.

И почувствовала, что готова идти дальше.

#8. Как гештальт выбрал меня (а не я его)

С выбором терапевтического направления получилось… интересно.

Скорее не я выбрала гештальт,

а гештальт выбрал меня.

Я как-то открыла компьютер, и я сказала себя:

«Тянут дальше некуда.

Надо искать себя. Развиваться. Учитесь дальше.»

Погугли еще пару страниц,

решила, что психоанализ мне не по карману. (Позже окажется – посчитала я, мягко говоря, не совсем точно 😅).

На фоне сравнения гештальт показался более "доступным".

И я подумала:

«Ну ладно, начну с этого. Все равно хочу стать психотерапевтом.

И пошла на первую степень обучения гештальт-терапии.

Каково же было мое удивление,

когда вместо учебников и техник

я столкнулась… с собой.

Нас не учили «лечить других».

Нас учили встречаться с собой.

- Какие у меня потребности?

— Чего я действительно хочу?

– Как я вообще устроена?

– Какие у меня защиты, реакции, паттерны?

– Где мое тело? Мои ощущения? Мое "тут и сейчас"?

Это была мощная встряска.

Неожиданная.

И невероятно живая.

И тогда я поняла:

я хочу идти дальше.

Хочу продолжать этот путь.

Так началась моя личная терапия.

С нее и начался мой путь как настоящего терапевта.

#9. Когда закончилась одна профессия – началась вторая

На второй ступени гештальт-терапии

я себя терапевтом еще не чувствовала.

Жизнь шла своим чередом:

работа, семья, двое детей, учеба.

Первые клиенты появлялись – понемногу.

Но я не торопилась, не гналась за количеством.

Казалось, что я еще не все знаю,

еще не прошла все специализации,

не «созрела» как профессионал.

Но в 2022 году случилось то,

к чему нельзя подготовиться.

Началась война.

У меня как раз должна была быть сертификация.

Она не состоялась в тот момент, это случилось позже.

Жизнь как будто замерла,

и начался совсем другой процесс.

Я уволилась с работы.

Села дома - с парой клиентов,

с чувством полной неопределённости.

В семье мы решали, как будем жить дальше.

И вот тогда, в этой остановке,

я впервые четко поняла, что на двух стульях надо прекращать сидеть:

➡️ К профессии Монтессоры-педагога я не вернусь.

➡️ Я остаюсь психотерапевтом.

Это решение не было радостным, оттого, что делала я его в непростые времена,

но оно было – взрослым.

Началась новая жизнь.

Новая, непростая, на фоне войны, под звуки сирен, в режиме тревог, в заботе о детях, сыне и дочери, она тогда пошла в первый класс и в сущности не знает, что такое школа без войны до сих пор.

Я часто ждала под школой в машине,

чтобы забрать их домой, когда уроки отменялись и дети шли в укрытие,

пока в телефоне мигали сообщения о сессиях с клиентами, о группах с коллегами.

Так я вошла в новую реальность:

где есть мама, жена и… терапевт.

И теперь все это – я.

В условиях, в которых невозможно быть "идеальной",

можно быть только живой и честной.

Это часть моей жизни не об «успешном успехе», а об устойчивости в жизни, как она есть.

#10. Где я сейчас

Сегодня я – психотерапевт с устойчивой практикой.

Я продолжаю свою личную терапию.

Прохожую супервизии, в том числе в группах.

Я – в профессиональном сообществе,

где расту, развиваюсь, углубляюсь.

И я точно знаю:

моя устойчивость – не только вот знаний.

Она – вот людей, которые рядом.

Вот коллег, с которыми мы вместе идём по пути, не торопясь, не соревнуясь, а где-то и соревнуясь , здоровая конкуренция - двигатель прогресса же)),

проживая каждый этап своей зрелости.

Сегодня я все чётче чувствую свой стиль.

Свою философию.

Моя терапия – это диалог, живая встреча, без давления и оценок.

Есть просто человек в процессе.

Это перекликается с тем, чему меня научил Монтессори-метод:

* что каждый растёт в своем ритме,

* что ошибки — не провал, а часть развития,

* что внешняя оценка не помогает,

а вот внимание, контакт и принятие – да.

Я в гештальте не случайно.

Это подход, который совпадает с моими ценностями.

О живом, настоящее, осознанное присутствие.

О диалоге.

Об опыте, который происходит в отношениях, а не в теории.

моя работа — не «научит жить»,

а быть рядом, когда человек начинает слышать себя.

Терапия для меня

это не о «начинении».

Не про «пол лучше».

Это о том, чтобы начать слышать себя.

Почувствуют себя.

Возвращаться в тело,

у чувства, в живое присутствие в моменте.

И особенно в чувство себя в контакте со вторым человеком.

Контакт – это не теория.

Он всегда начинается с того, что знакомо.

Из привычных, старых паттернов:

как я защищаюсь, как избегаю, как подстраиваюсь или нападаю.

Но если появляется желание что-то изменить — именно в терапии можно прожить опыт нового.

— Новый способ быть рядом.

- Нового поведения.

– Нового диалога.

– Нового ощущения "со мной можно быть".

Контакт в кабинете – это всегда

О честности. О сохранности.

О том, что человек не один.

И для меня это – главный смысл.

Быть рядом, когда кто-то делает этот первый шаг к себе настоящему.

А живой диалог, поддержка, осознанность начинают работать.

Потому что реальные изменения

никогда не начинаются с «просто сделай».

Они начинаются с «я с тобой».