Стаж:
5 років
Мова:
UK, RU
Сертифікати:
9
Запросив(-ла):
Адміністрація
Онлайн:
2000 грн
Тривалість:
60 хв.
Онлайн:
2000 грн
Тривалість:
60 хв.
Онлайн:
2000 грн
Тривалість:
60 хв.
Онлайн:
3000 грн
Тривалість:
90 хв.
#1 Как я пришла в психотерапию — мой путь
Иногда меня спрашивают: «А почему ты стала психотерапевтом?»
Мне кажется, что всё началось ещё в школе.
Тогда я впервые заметила одну странную вещь:
учёба мне давалась легко, как и еще 5-7 одноклассникам, а другим — нет.
Мне говорили:
«Ну, у тебя-то всё все всегда легко выходит!».
А я смотрела на одноклассников, которые старались не меньше,
а иногда и больше — и всё равно ничего не выходило.
Кто-то тянул до ночи домашку,
а на уроке всё равно «плавал».
Кто-то сдавался, потому что сколько бы ни учил — результата не было.
И вот тогда внутри появилось это:
интерес, вопрос, лёгкое чувство несправедливости.
Почему так?
Почему одним легко, а другим тяжело?
#2. Почему я не стала психологом с первого раза
В далёком 1998 году пришло время поступать в университет.
Я колебалась между двумя профессиями:
психолог или программист.
Сейчас это кажется странным, но тогда выбор был вполне реальный.
Программирование казалось понятнее:
математика, физика — всё чётко, по формулам, к этому проще готовиться.
А психология?.. Она только набирала популярность.
Факультетов — по пальцам пересчитать.
Конкурс — невысокий,
но как туда готовиться — я просто не понимала.
В итоге я… не подготовилась.
И пошла туда, где было проще поступить.
На программиста.
Вот так моя первая попытка стать психологом…не удалась.
Но история, как вы уже догадываетесь, на этом не закончилась 🙂
#3. На третьем курсе я поняла: я не там
К третьему курсу всё стало ясно:
это совсем не моё.
Сидеть перед монитором по 8 часов в день...
Одна мысль об этом меня удручала.
Всё внутри говорило:
«Ты не здесь должна быть».
Я замечала, что мне хочется общения.
Я — открытая, живая, социальная.
А моя "будущая профессия" предполагала
тишину, код, замкнутость и минимальный контакт с людьми.
И это начало меня пугать.
Словно я закрываю себя в клетке —
тихой, логичной, системной...
но абсолютно не моей.
И где-то там, глубоко внутри,
снова напомнила о себе та самая старая мечта.
О психологии.
О людях.
О том, что меня действительно цепляет.
#4. Как я «застряла» в профессии на 20 лет
Когда я поняла, что программирование — не моё,
ничего лучше не придумала, как…
попробовать себя в детском саду.
Я — студентка.
Продолжаю учёбу, (ее я, кстати, довела до конца и закончила), но решила:
«Когда пробовать, если не сейчас?»
Пришла в детский сад, спросила:
«Кем бы вы меня могли взять?»
На воспитателя — не подошла: техническое образование.
Предложили няней.
И я согласилась.
Без пафоса, без ожиданий.
Просто — из интереса. Но я пошла не в обычный сад, а монтессори- сад.
На тот момент я уже начиталась —
про то, почему одним учёба даётся легко, а другим — нет.
И метод Марии Монтессори меня зацепил.
Там я впервые услышала, что центрированному методу образования ( когда учитель в центре и сразу большому количеству детей вещает науку), есть альтернатива от Марии Монтессори.
Нужно создать среду,
и каждый сам выберет, куда идти, и какую информацию поглощать,
в зависимости от своей внутренней потребности.
Это было откровение.
И в какой-то момент я поняла:
я нашла ответ на свой старый школьный вопрос.
Так я погрузилась в этот мир…
и застряла в профессии на 20 лет.
#5. 20 лет в Монтессори — чему научилась, чем жила
Годы, которые я провела в Монтессори-среде,
по праву считаю золотыми в своей жизни.
Это был не просто опыт —
это был фундамент моего профессионального становления.
Я за эти годы общалась с сотнями детей и семей,
и каждый день — это был живой эксперимент,
исследование, наблюдение, осмысление.
Мой интерес к психологии только усиливался.
Потому что я своими глазами видела:
как раскрывается личность
— от самых первых шагов и до школьного возраста.
Ключевая идея Монтессори-педагогики —это потребности ребёнка на каждом этапе:
* от 0 до 3 лет
* от 3 до 6
* от 6 до 9
* от 9 до 12
* и даже до 15
Каждому возрасту соответствует своя среда,
которая помогает раскрыть внутренний потенциал.
И мне повезло наблюдать это вживую.
Постепенно я всё больше уходила в работу
с самыми маленькими —детками до 3 лет.
А потом и с теми, кому только исполнился 1 год.
Вела группы, куда приходили молодые родители с малышами,
которые только научились ходить.
Были и такие группы, где дети ещё ползали.
Многие боялись работать с этим возрастом —там сложнее, всё тоньше, медленнее,
но мне именно это и было интересно.
Там всё — про истоки, про корни, про базу.
#6. Почему я перешла от детей ко взрослым
Педагогика — это удивительная вещь.
Она много даёт, но у неё есть свои приделы.
В Монтессори-среде я научилась видеть,
как раскрываются образовательные потребности ребёнка.
Как важно создать подходящую среду,
где он будет сам тянуться, учиться, расти.
Но я всё чаще натыкалась на то,
что ребёнок не только учится —
он ещё и чувствует.
Он приходит в сад из своей семьи,
и приносит с собой опыт взаимодействия с близкими:
маму, папу, бабушку, стиль общения, реакции, тишину, страх, тепло… всё.
И тут я стала замечать,
что у многих детей есть неудовлетворённые эмоциональные потребности.
И это уже не вопрос педагогики.
Это вопрос внутреннего мира взрослого,
который рядом с ребёнком.
Что может дать воспитатель?
Только то, чем он наполнен сам.
Что может дать родитель?
Зависит от того, что у него внутри.
Сможет ли он увидеть ребёнка?
Сможет ли принять его природу —
такой, какая она есть?
Я наблюдала малышей,
которые только начали ходить,
и видела, как в них работает чистая, врождённая сила развития.
Та, которую не нужно учить.
Ей просто надо не мешать.
И я также видела,
как рядом стояли родители —
которые не всегда могли это принять.
Именно это стало точкой поворота.
Я всё глубже уходила в вопрос:
А что с этими взрослыми?
Что с их чувствами?
С их историей?
С их «внутренним ребёнком»?
Так мой интерес к взрослой психике только крепчал. И я начала думать, что ответы я скорее всего найду в психологии. Подходило время закрывать свой старый гештальт)).
Так начала рождаться во мне психотерапевтка.
#7. Как я стала психологом — и искала «свой» метод в терапии
Пока я продолжала работать в Монтессори-садах,
в моей жизни происходили большие перемены.
Я вышла замуж.
У меня родились сын и дочь.
Я стала мамой.
И, как ни странно, моя энергия не исчезла —
а наоборот, расширилась.
Это было ресурсное время.
Тонкое, живое.
И именно тогда я поняла:
я хочу больше.
Хочу пойти дальше — в профессию, о которой мечтала когда-то в 98-м.
Так я поступила на психолога
в Киевский национальный университет им. Тараса Шевченко.
Училась в своём темпе —
работая, живя, растя детей.
И сегодня я благодарна себе за это.
Это было не про "карьерную гонку",
а про созревание и созидание.
Я получила образование по специальности "Психология",
в формате, который сейчас приравнивается к магистратуре.
Для меня это было как в медицине:
сначала — базовая программа,
а потом — интернатура, где ты выбираешь направление.
И вот тогда, в 2016 году, я подошла к выбору:
А в каком направлении я хочу работать как терапевт?
Выбор стоял между психоанализом и гештальт-подходом.
Но пока я решалась, продолжала работать педагогом —
и дала себе выдохнуть.
Сделала двухлетнюю паузу.
Восстановилась.
И почувствовала, что готова идти дальше.
#8. Как гештальт выбрал меня (а не я его)
С выбором терапевтического направления получилось… интересно.
Скорее не я выбрала гештальт,
а гештальт выбрал меня.
Я как-то открыла компьютер, и первая реклама «пройди обучение гештальт-методу»)) и я сказала себе:
«Тянуть дальше некуда.
Надо искать себя. Развиваться. Учиться дальше.»
Погуглив еще пару страниц,
решила, что психоанализ мне не по карману.(Позже окажется — посчитала я, мягко говоря, не совсем точно 😅).
На фоне сравнения гештальт показался более "доступным".
И я подумала:
«Ну ладно, начну с этого. Всё равно хочу стать психотерапевтом.»
И пошла на первую ступень обучения гештальт-терапии.
Каково же было моё удивление,
когда вместо учебников и техник
я столкнулась… с собой.
Нас не учили «лечить других».
Нас учили встречаться с собой.
— Какие у меня потребности?
— Чего я на самом деле хочу?
— Как я вообще устроена?
— Какие у меня защиты, реакции, паттерны?
— Где моё тело? Мои ощущения? Моё "здесь и сейчас"?
Это была мощная встряска.
Неожиданная.
И невероятно живая.
И тогда я поняла:
я хочу идти дальше.
Хочу продолжать этот путь.
Так началась моя личная терапия.
С неё и начался мой путь как настоящего терапевта.
#9. Когда закончилась одна профессия — началась другая
На второй ступени гештальт-терапии
я себя терапевтом ещё не ощущала.
Жизнь шла своим чередом:
работа, семья, двое детей, учёба.
Первые клиенты появлялись — понемногу.
Но я не спешила, не гналась за количеством.
Казалось, что я ещё не всё знаю,
ещё не прошла все специализации,
не «дозрела» как профессионал.
Но в 2022 году случилось то,
к чему нельзя подготовиться.
Началась война.
У меня как раз должна была быть сертификация.
Она не состоялась в тот момент, это случилось позже.
Жизнь как будто замерла,
и начался совсем другой процесс.
Я уволилась с работы.
Села дома — с парой клиентов,
с ощущением полной неопределённости.
В семье мы решали, как будем жить дальше.
И вот тогда, в этой остановке,
я впервые чётко поняла, что на двух стульях надо прекращать сидеть:
➡️ К профессии Монтессори-педагога я не вернусь.
➡️ Я остаюсь психотерапевтом.
Это решение не было радостным, от того, что делала я его в непростые времена,
но оно было — взрослым.
Началась новая жизнь.
Новая, непростая, на фоне войны, под звуки сирен, в режиме тревог, в заботе о детях, сыне и дочери, она тогда пошла в первый класс и по сути не знает, что такое школа без войны до сих пор.
Я часто ждала под школой в машине,
чтобы забрать их домой, когда уроки отменялись и дети шли в укрытие,
пока в телефоне мигали уведомления о сессиях с клиентами, о группах с коллегами.
Так я вошла в новую реальность:
где есть мама, жена и… терапевт.
И теперь всё это — я.
В условиях, в которых невозможно быть "идеальной",
можно быть только живой и честной.
Это часть моей жизни не про «успешный успех», а про устойчивость в жизни, как она есть.
#10. Где я сейчас
Сегодня я — психотерапевт с устойчивой практикой.
Я продолжаю свою личную терапию.
Прохожу супервизии, в том числе в группах.
Я — в профессиональном сообществе,
где расту, развиваюсь, углубляюсь.
И я точно знаю:
моя устойчивость — не только от знаний.
Она — от людей, которые рядом.
От коллег, с которыми мы вместе идём по пути, не торопясь, не соревнуясь, а где-то и соревнуясь 😉, здоровая конкуренция - двигатель прогресса же)),
проживая каждый этап своей зрелости.
Сегодня я всё чётче чувствую свой стиль.
Свою философию.
Моя терапия — это диалог, живая встреча, без давления и оценок.
Есть просто — человек в процессе.
Это перекликается с тем, чему меня научил Монтессори-метод:
* что каждый растёт в своём ритме,
* что ошибки — не провал, а часть развития,
* что внешняя оценка не помогает,
а вот внимание, контакт и принятие — да.
Я в гештальте не случайно.
Это подход, который совпадает с моими ценностями.
Про живое, настоящее, осознанное присутствие.
Про диалог.
Про опыт, который происходит в отношениях, а не в теории.
моя работа — не «научить жить»,
а быть рядом, когда человек начинает слышать себя.
Терапия для меня —
это не про «починить».
Не про «стать лучше».
Это про то, чтобы начать слышать себя.
Ощущать себя.
Возвращаться в тело,
в чувства, в живое присутствие в моменте.
И особенно — в ощущение себя в контакте с другим человеком.
Контакт — это не теория.
Он всегда начинается с того, что знакомо.
С привычных, старых паттернов:
как я защищаюсь, как избегаю, как подстраиваюсь или нападаю.
Но если появляется желание что-то изменить —именно в терапии можно прожить опыт нового.
— Нового способа быть рядом.
— Нового поведения.
— Нового диалога.
— Нового ощущения "со мной можно быть".
Контакт в кабинете — это всегда
Про честность. Про безопасность.
Про то, что человек не один.
И для меня это — главный смысл.
Быть рядом, когда кто-то делает этот первый шаг к себе настоящему.
А живой диалог, поддержка, осознанность — начинают работать.
Потому что настоящие изменения
никогда не начинаются с «просто сделай».
Они начинаются с «я с тобой».
2002 р - стала монтесорі-педагогом
2016 р – спеціаліст психолог КНУ Тараса Шевченка
2022 р - гештальт-терапевт Погодин-академії
Для багатьох це виглядає незвично, ми розуміємо. Але у психотерапії/консультуванні передплата — це стандарт професійної етики, що забезпечує стабільність процесу.
Чіткі фінансові межі створюють безпечний простір, де обидві сторони поважають час та зусилля одна одної.
Радимо почитати більше про психологічні та організаційні причини передплати у статті.
