На момент, когда я приняла решение получить третье высшее образование и получить специальность психолога, я была еще молодым (согласно классификации ВОЗ) человеком до 45 лет; имела опыт музейной научной работы, участвовала в археологических экспедициях; открыла и закрыла собственный бизнес; много лет работала стилистом и имиджмейкером, писала статьи и проводила обучающие курсы; вместе с мужем воспитывала дочь-подростка.

Поступление в Киевский педагогический университет и начало индивидуальной терапии было моим ответом себе на два вопроса:

1) Как интегрировать приобретенный опыт, навыки, знания в свое уникальное деловое предложение мира и людям, чтобы мир и люди ответили мне уважением и деньгами?

2) Чем таким увлекательным и беспокойным заниматься во второй половине жизни?

Самыми яркими и самыми трансформирующими событиями во время учебы в гештальтном подходе была моя работа в тройках и индивидуальной терапии.

Этот опыт раскрыл и укрепил во мне ряд сильных сторон:

- умение работать в долгое время, строить и оставаться в отношениях долгое время; формулировать цель и концентрировать на ней свои усилия;

- выносливость в сложных отношениях: я умею оставаться в контакте там, где многие просто уходят из контакта; я умею быть в подлинной эмоциональной связи, даже если он полон напряжения и агрессии;

- толерантность к фрустрации: я выдерживаю напряжение неопределенности и невыполнимых ожиданий, не разваливаюсь от разочарования и от сложных внешних событий;

- я осознаю и прорабатываю сепарационную тревогу в ее разнообразных формах, не теряю себя в отношениях с авторитетными фигурами; не избегаю ответственности;

- я креативна и проактивна; я не просто адаптируюсь, я ищу и создаю новые возможности для реализации замысла.

Вместе с клиентом мы можем учиться наслаждаться, присваивать и использовать свои плоды творчества и реализации; монетизировать опыт, знание и ответственность; принимать свои лидерские качества и амбиции.

А еще, я знаю, что человек кричит, когда ему больно и когда его не слышат. Про себя я точно могу сказать, что я тот терапевт У которого и РЯДОМ С которым можно кричать свою боль и страх. Я знаю, насколько это исцеляющее взаимодействие. Крик позволяет легализовать детский ужас, раскрыть мощь легких и горла, присвоить злобу и силу, и главное - снять ненавистное заклятие "Не ори! Маме плохо!"

Я знаю, что человек кричит, когда ему больно и когда его не слышат. Про себя я точно могу сказать, что я тот терапевт У которого и РЯДОМ С которым можно кричать свою боль и страх. Я знаю, насколько это исцеляющее взаимодействие. Крик позволяет легализовать детский ужас, раскрыть мощь легких и горла, присвоить злобу и силу, и главное - снять ненавистное заклятие "Не ори! Маме плохо!"

Самыми яркими и самыми трансформирующими событиями во время учебы в гештальтном подходе была моя работа в тройках и индивидуальной терапии.

Этот опыт раскрыл и укрепил во мне ряд сильных сторон:

- умение работать в долгое время, строить и оставаться в отношениях долгое время; формулировать цель и концентрировать на ней свои усилия;

- выносливость в сложных отношениях: я умею оставаться в контакте там, где многие просто уходят из контакта; я умею быть в подлинной эмоциональной связи, даже если он полон напряжения и агрессии;

- толерантность к фрустрации: я выдерживаю напряжение неопределенности и невыполнимых ожиданий, не разваливаюсь от разочарования и от сложных внешних событий;

- я осознаю и прорабатываю сепарационную тревогу в ее разнообразных формах, не теряю себя в отношениях с авторитетными фигурами; не избегаю ответственности;

- я креативна и проактивна; я не просто адаптируюсь, я ищу и создаю новые возможности для реализации замысла

Единственный человек, с которым стоит познакомиться поближе – мы сами.

Спорт, живопись, театр